Родина гопников: 10 интересных фактов о Санкт-Петербурге, о которых вы не знали
И ни слова про болота.
Санкт-Петербург — город с богатым прошлым, на пересказ которого уйдёт не один день. Предлагаем для начала ограничиться несколькими фактами, чтобы в любой разговор можно было вставить фразу: «А вы знали, что в Питере…?». Попросили экскурсовода Настю, показывающую местным и туристам город с новой стороны, рассказать про десять необычных историй, которые когда-то запали ей в сердечко.
Факт № 1: Петербург — родина гопников
«Город — злая сила», — говорил один из героев фильма «Брат», и в некоторых местах Петербурга это особенно ощущается. Сегодня Лиговский проспект находится в центральном районе, но долгое время он был окраиной, где селились рабочие, извозчики, строились ночлежки и публичные дома.
В конце XIX века территория была облагорожена, но воры продолжали туда стекаться, проститутки ловили там клиентов, а убийцы совершали громкие преступления. На улицах района было весьма небезопасно — крали даже собак.
Особенно криминальными считались Холмуши — комплекс домов, куда сбывали ворованное: сегодня это место расположено рядом со станцией метро «Обводный канал». Рядом находилась гостиница «Знаменская» (ныне «Октябрьская»), где в начале XX века начало работать «Городское общество призрения» — приют для нищих и сирот. А в послереволюционное время его перепрофилировали в «Государственное общество пролетариата» — общежитие для беспризорников, где в итоге стал процветать криминал. По городской легенде, от аббревиатуры этих учреждений — ГОП — образовалось слово «гопник». Так и стали называть местных хулиганов. Сегодня криминальные волнения Лиговки подуспокоились, но никогда не знаешь, где что всплывет
Факт № 2: в Исаакиевском соборе раньше был антирелигиозный музей
В советское время судьба многих храмов Петербурга складывалась непросто: их закрывали, опустошали, использовали под общественные нужды. Иногда в церквях могли обустроить кинотеатр или даже бассейн — последний построили, например, в лютеранской Петрикирхе на Невском проспекте. А из Спаса на Крови сделали склад, из-за чего в народе закрепилось название Спас на Картошке.
Среди всех трансформаций особенно выделяется история Исаакиевского собора: здесь в 1931 году установили самый большой маятник Фуко весом 54 килограмма, который демонстрировал вращение Земли. Его торжественно запустили в Пасхальную ночь в присутствии 7 000 зрителей.
Христианская церковь придерживалась геоцентрической модели мироустройства: неподвижная Земля — в центре Вселенной. Запуск маятника в соборе выглядел как вызов: в сакральном месте наука поставила религию на место.
Кроме того, в стенах собора открыли Антирелигиозный музей, где проводили атеистические выставки, высмеивали народные приметы, выставляли витрины с изъятыми из храмов ценностями, которые демонстрировали «излишества» и роскошь духовенства. Лишь в 1990-х года Исаакий вернули Русской православной церкви.
Факт № 3: изначально Литейный мост не разводился, а разворачивался
Если вы вдруг опоздаете на развод мостов, не печальтесь — есть чем заняться! Например, можно подумать о конструкции Литейного моста, одного из самых технологичных и новаторских в Петербурге. Строительство проходило с 1875 по 1879 год под руководством инженера Аманда Струве, а контролировал процесс лично император Александр II. Механизм моста изначально был необычным: он не поднимался, а горизонтально разворачивался. Первое время его разводили вручную: для этого требовалось около восьми человек. Позже установили водяную турбину, которая позволяла разворачивать пролёт за 20 минут. После реконструкции моста в 1965-1967 годах механизм сделали подъёмным, чтобы можно было пропускать крупные суда.
Факт № 4: окна в подвалах — неслучайный артефакт
Жители Петербурга — поистине великие люди, для которых не жалко откопать целый город. По крайней мере, такая мысль проскальзывает, когда смотришь на «утопленные» в асфальт окна. На деле это связано с европейской строительной традицией XIX века: тогда активно использовали подвальные этажи «сусоли» (с французского слово «sous-sol» переводится как «под землёй»), которые служили для хранения вещей и утепления дома. Чтоб как-то освещать эти пространства делали окна и отдельные входы, но из-за снега и наводнений их часто затапливало, поэтому конструкции закладывали или частично разбирали.
Есть легенда, что слово «рассусоливать» связано как раз с этими подвалами. Мол, хозяин пошёл за чем-то и задержался в сусоли.
Что правда, а что вымысел — сейчас уже никто не разберёт. Предлагаем не рассусоливать это.
Исследовать Санкт-Петербург можно с Прогулками от Авиасейлс — это аудиогиды по городу в озвучке студии «Кубик в кубе». Там собраны небанальные истории и все интересные локации (включая самые секретные!).
Факт № 5: вкусно есть и пить кофе вне дома горожане привыкли ещё при Петре I
Столицу государства император мыслил с размахом: туда приглашались заграничные специалисты и съезжались на заработки люди со всех уголков мира. Тем временем огромная часть населения жила в съёмных комнатах и доходных домах без кухонь, поэтому трактиры, кабачки, австерии (трактир в европейском стиле) и кухмистерские (столовые, где готовили недорогие блюда) были просто необходимы — именно там питались горожане. В отличие от купеческой усадебной Москвы, где приём пищи в кругу семьи расценивался как ритуал, в Петербурге предпочитали есть вне дома. Сегодня эта привычка осталась, и город живёт в третьих местах — в ресторанах, барах и кофейнях.
Факт № 6: Зимний дворец не всегда был бирюзового цвета
За три столетия Зимний дворец успел сменить столько образов, что впору вести для него отдельный исторический гардероб. В привычном нам бирюзовом цвете здание было далеко не всегда. Его перекрашивали около десятка раз: каждый новый правитель стремился оставить после себя след, и не только символический.
Изначально при строительстве дворец имел тёплый охристый оттенок (по палитре близкий к Петропавловскому собору) — это хорошо видно на ранних гравюрах и архитектурных акварелях.
Первый раз здание полностью перекрасили в 1786 году: к тому моменту верхние этажи заметно потускнели, и фасад решили сделать золотисто-охристым. Вплоть до правления Александра II цветовая гамма особо не менялась, а вот при Александре III в конце XIX века оконные переплёты окрасили под дуб. Когда эстафетная палочка перешла Николаю II, внешний облик снова обновили: после 1901 года фасад приобрёл оттенок красного песчаника. В таком виде Зимний дворец встретил события начала XX века, и кто знает, возможно, красноватый цвет стал символическим предвестием перемен. Этот оттенок сохранялся вплоть до 1940-х годов, только в 1947 дворец «переоделся» в бирюзовый.
Факт № 7: белые ночи в Петербурге романтизировал Достоевский
Сегодня белые ночи — это визитная карточка Петербурга, а когда-то — небольшая одноимённая повесть о влюблённости. Герои Достоевского знакомятся летом в сезон непрекращающихся сумерок: юноша влюбляется в девушку, ждущую своего избранника. Их история разворачивается на фоне светлого меланхоличного города, который символизирует мимолётное счастье и нереалистичные мечты.
Достоевский романтизировал белые ночи и закрепил этот поэтический образ за Петербургом, а спустя десятилетия им вдохновлялись и другие творцы. В том числе итальянский режиссёр Лукино Висконти, снявший по повести писателя фильм.
Факт № 8: в Петропавловской крепости есть панно с политическим мемом
На первых в городе триумфальных воротах, построенных Доменико Трезини в 1708 году, находится одно из старейших деревянных панно «Низвержение Симона-волхва апостолом Петром». Это изображение можно воспринимать как своеобразный политический мем петровской эпохи. На первый взгляд сюжет кажется классическим: апостол Пётр низвергает с неба мага Симона, который пытается доказать, что способен летать, а на заднем плане за этим наблюдает римский император Нерон. Но на самом деле метафора гораздо глубже.
Сюжет символизирует победу России над Швецией в Северной войне: апостол олицетворяет царя Петра I, а маг Симон — шведского короля Карла XII. Фигура Нерона — это образ европейских держав, которые наблюдают за сражением.
Ещё панно прославляло столицу и демонстрировало, что она находится под защитой небесного покровителя. Отсылка на Петербург здесь — это изображение Петропавловского собора, а дополняет композицию свинцовый двуглавый орёл со скипетром и державой.
Факт № 9: странные «грибы» во дворах должны были спасать жизни
Нередко у петербургских домов можно встретить отдельно стоящие сооружения, напоминающие грибы. Может показаться, что это какой-то ответ коммунальных служб на народное искусство вроде лебедей из шин, но на деле всё куда серьезнее. Это оголовки вентиляционных систем гражданских бомбоубежищ, которые активно строили в Петербурге в 1930-1940-х годах.
Укрытия предназначались для защиты от бомбардировок и обстрелов, а в годы холодной войны — от возможной атомной угрозы.
Убежища оснащались фильтрвентиляционными установками, которые не давали попасть отравляющим веществам и радиоактивной пыли в помещения. Принцип работы простой: через те самые «грибы» воздух поступал в систему фильрации, которая очищала его и подавала внутрь уже безопасным для вдыхания. Сегодня большинство убежищ законсервировано и оборудование уже не используется, но сами конструкции до сих пор можно встретить в городе.
Факт № 10: в Петербурге есть дом-малыш с одной квартирой
Небольшой, но приметный дом на Гагаринской улице легко представить жильём Дюймовочки — настолько миниатюрным оно выглядит. Изначально это здание вовсе не считалось самостоятельным, а было частью усадьбы Малого Мраморного дворца графов Кушелевых-Безбородко. Считается, что они могли быть прототипами героев романа «Идиот» Достоевского.
На месте нынешнего первого этажа раньше находилась сквозная арка — один из въездов на территорию усадьбы к саду, оранжереям и театру. Над ней располагался «корпус над воротами». В начале XX века усадебные сады начали застраиваться доходными домами, а в советское время арку заложили. Затем в этом проёме появились окна и дверь, а бывшие ворота постепенно превратились в крошечный жилой дом. Сейчас это уже жилая квартира, которую можно арендовать и почувствовать себя дворцовым привратником. Во время недавней реставрации здание выкрасили в ярко-жёлтый цвет — ещё один невольный «привет» Достоевскому, который часто использовал оттенок в своих произведениях для символизма.
🎨 Автор иллюстраций к статье — Тася Козлова.
