Что я делала во время локдауна на Бали

Что я делала во время локдауна на Бали

Это история Алёны Муркес, которая пережила локдаун на Бали. Все мысли — авторские. 

Коронавирус: начало

Я шла по Бангкоку, а мама всё охала в трубку:

Будь аккуратнее, в Китае выявили какой-то очень опасный вирус.

Да каждый год появляется какой-то вирус, за ними не уследишь. То не ешь свинину, она заражена, то курицу. Сейчас что?

Коронавирус называется. Или COVID-19. Поговаривают, что пошёл от летучих мышей, которых китайцы в некоторых регионах ели. Уже очень много жертв. Обязательно мой руки. И не трогай лицо! Корона. Кто придумал название? Принц Гарри?

Так и знала: их любовь есть всякое странное до добра не доведёт. Обещаю, не буду пробовать летучих мышей в Таиланде.

Почему ты иногда не можешь быть серьёзной? Вирус действительно опасен! Говорят, это пандемия 2020 года. Надеюсь, у вас на Бали всё хорошо. Ты же говорила, что там много китайцев.

Я жила на Бали полтора года. Каждые два месяца нужно было вылетать в другую страну. Хотя бы на часик. Обычно все выбирали Куала-Лумпур, но я старалась посещать новую страну или город, это же прекрасная мотивация открывать новые горизонты. На этот раз полетела в столицу Таиланда — хотелось обновить гардероб, посмотреть на храмы и... поесть. Да, именно. На Бали объедаться фруктами и морепродуктами на улице гораздо проблематичней. Индонезийская еда в тележках представляла собой суп с подозрительными шариками из мяса непонятно кого или что-то в кляре. Из-за обилия теста было тяжело определить. Поэтому в Таиланд приехала на поиски гастрономических приключений.

Пообещав маме как следует мыть руки и носить маску, я благополучно забыла о вирусе и разговоре.

Это было начало февраля.

Через несколько дней я вернулась — на родных просторах Бали жизнь продолжала бить ключом. Активно занимались пуфики пляжных баров, потом все расходились по ресторанам, а затем, выпив несколько коктейлей с сомнительным составом по акции: «Купи один — получи второй бесплатно», отправлялись отбивать ноги на танцполы баров и клубов. Какой тут коронавирус, о чём вы? Социальная дистанция не для Бали.

С февраля наступило райское время — китайским туристам и тем, кто был в Китае и КНР в последние две недели, запретили въезд, поэтому на Бали стало легче дышать, особенно около достопримечательностей: ни селфи-палок, парящих около водопадов, ни очереди, чтобы сделать фотографии у главных святилищ острова, ни десятки маленьких женщин в цветастых детских костюмах на пляжах во время заката. 

Знакомый балиец рассказал, что в храмах проходят церемонии, где они молятся о том, чтобы эпидемия не добралась до острова. Смеётесь? А мы вот на Бали верим в эту магию, тем более что случаев заражений не было.

Если раньше по количеству туристов на острове первое место занимала Азия и Малайзия, то теперь первенство было у Австралии и стран Востока. А авиакомпании стали делать скидки на перелёты до Бали.

В середине февраля я поехала в визовый центр, продлевать визу на ещё один месяц. Посетители и сотрудники в масках, на входе следят, чтобы ты как следует растёрла санитайзер. Все дружно сторонятся туристов из Китая, хотя ясно, что они живут на острове давно. Но человеческие предубеждения... Китаец — значит, заражён. 

В конце февраля выявили случаи заражения в столице Индонезии — Джакарте. 

Неудачный визаран

Я давно мечтала попасть в Австралию. Ближе, чем на Бали, я к ней никогда не была, а до города Перт лететь каких-то три часа. Так что во время летней поездки в Москву я, с кровью и потом, получила визу, предоставив десятки документов, доказывающих, что не собираюсь перебираться туда на заработки.

И вот билеты на руках: Перт, затем Мельбурн и Сидней. Я представляла, как кормлю кенгуру, наблюдаю часами за коалами, нежусь на золотистых пляжах и попиваю австралийский Совиньон-блан.  

Улетела в Австралию я тринадцатого марта, а вернулась ровно через три дня вместо желаемых трёх недель. Настоящий провал. Австралию не просто закрыли на карантин, а каждый штат был изолирован. Но это другая история. Если интересно, пишите в комментариях.

В моём гестхаусе не было свободных мест, поэтому я поехала перекантоваться к подруге Тане.

Она не удержалась от смеха, потому что буквально три дня назад мы сидели и фантазировали, вдруг я останусь в Австралии и буду прилетать на Бали как на дачу. Ага, два раза.

Буквально за три дня моего отсутствия всё очень изменилось. Может быть, я начала подмечать это после всеобщей паники в Австралии, а может и правда выходные стали стартовой точкой изменений. В воздухе повисла лёгкий испуг, а на кассах аптек и магазинов стали продавать медицинские маски.

Знакомые рассказали, что в Китае и на Филиппинах просят оставаться дома и ходить в масках только в ближайшие магазины.

Я подумала, что если так будет на Бали, то мне очень не хочется быть запертой одной в гестхаусе… И есть только рис. Посовещавшись и созвонившись с ещё двумя подругами, было решено, что нужно немедленно съезжаться. Намерения серьёзные.

Мир не будет прежним

Женское собрание состоялось на следующий день за завтраком. На повестке был мировой вопрос: «Что делать?». На тот момент мы все жили в разных гестхаусах — самое бюджетное место, где можно разместиться. После хостелов, естественно. Да, у тебя своя комната, ванная, есть общая кухня, где можно готовить, даже иногда бассейн, в котором редко кто купается.

Но если остров закроют, а жителей и туристов посадят под домашний арест… Согласитесь, находиться одной в небольшой комнатушке — не лучшая перспектива.

— Я пока не чувствую, что что-то изменилось, но в воздухе витает запах перемен, — сказала Таня, тщательно намазывая сливочный сыр на свежеиспечённый хлеб, а сверху нежно укладывая кусочек лосося.

— Пока есть лосось и авокадо для тебя ничего не изменится, — хохотнула я. — Кстати, вы заметили, что сегодня его положили меньше?

Monsieur Spoon — наша любимая сеть французских кофеин для завтрака, за 400 рублей вам приносят блюдо со свежеиспечённым хлебом, скремблом, авокадо, сливочным сыром и свежайшей рыбой.

— Ну всё, началось… Этот вирус отнимет у нас лосось! 

Мы все вместе погрузились изучать виллы в аренду на просторах «Фейсбука», как вдруг Танюша воскликнула:

— Какое волшебство! Мне только что написал знакомый — владелец комплекса вилл — не хочу ли я пожить месяцок с подругами на одной из них. С нас просто выкладывать сториз ежедневно. Видимо, ему нужна реклама для тех, кто остался на острове, якобы, смотрите какой у нас пир во время чумы.

А вот и ещё один плюс блогеров на Бали: в любой момент может упасть к ногам коллаборация с отелем или виллой. А здесь аж на целый месяц.

— Бесплатно вдвойне приятнее, — согласились мы, поблагодарили знакомого и разъехались по гестам собирать чемоданы. Переезжать решено было немедленно.

Вы просто не представляете то чувство, когда ты стоишь с чемоданом (ладно, с тремя) на прекрасной вилле аж с двумя этажами, большим бассейном и раскинувшейся лужайкой с пальмами. Каждая комната размером с весь мой гестхаус, а в ванной расставлены статуэтки с балийской тематикой. И это наш новый дом.

Немного расскажу о девочках, потому что некоторые подписчики в «Инстаграме» не раз спрашивали, кто мой «шугар дедди». Так и хотелось кричать, почему в Москве вот можно жить без него, а на Бали — нет. Я пишу статьи для сайтов и подрабатываю копирайтером, Таня — фотомодель и smm-менеджер, Регина — великий программист в цветочном платье, а Аня — проектный менеджер. Поэтому сами могли себе обеспечивать походы в кафе и жизнь без затянутого ремня.

Ещё забыла упомянуть, что за несколько дней до переезда Аня познакомилась со стюардессой «Аэрофлота» — Олей. Она должна была улетать в день нашего переезда, но позвонила из аэропорта и, плача, сообщила, что мест для стюардесс нет, рейс переполнен. Отпускные деньги почти закончились, и она просила посоветовать бюджетный гестхаус. Аня взглянула на нас. Не оставлять же своих в беде, поэтому мы предложили пожить у нас.

Оля стояла в нашей гостиной уже через час и присоединилась к радостным ритуальным танцам, посвящённых новому дому. После эмоционального выброса решили, что переезд стоит отметить наивкуснейшим ужином в хорошем месте с бутылочкой вина или двумя. А вдруг нас закроют дома? 

Бутылка вина за ужином на Бали — несказанная роскошь. На острове неприлично высокий налог на алкоголь, поэтому даже самое дешёвое и не сказать, что хорошее австралийское вино или, боже упаси, местное, обойдётся в магазине в 900–1100 рублей. В ресторане же цены на такое в три раза выше.

Это отступление, чтобы вы поняли — это было основательным празднованием.

Ресторан был полупустой, хотя обычно столики надо бронировать. В воздухе чувствовалось это напряжение и страх в глазах официантов. Никто не знал, что будет дальше. Выйдут ли они на работу через неделю.

Мы тоже не знали, что нас ждёт. Одно было ясно — мы будем вместе на прекрасной вилле. Это уже утешающая новость. 

День Тишины

Наш переезд выпал буквально за несколько дней до Ньепи — «Дня Тишины» и балийского Нового года. Только в этот день вместо того, чтобы ходить по гостям с визитом и дегустировать блюда, как мы привыкли делать в любимый праздник, местные запираются дома, не включают свет и не выходят на протяжении двадцати четырёх часов. По легендам в этот день все злые духи выползают на улицу и там беснуются. 

Накануне готовятся подношения, гремят тазы и барабаны — местные отпугивают злых духов. Затем по улицам проходит парад с участием фигур страшил: минуют как можно больше перекрёстков, чтоб запутать монстров. 

А с шести утра следующего дня начинается День Тишины. Причём соблюдать его должны и туристы. Сиди себе на вилле и занимайся своими делами. Без света, но с едой.

По Бали ходили слухи, что Ньепи будет длиться в этом году два дня, а после него введут карантин — все места перестанут работать и нас чуть ли не закроют дома. В некоторых странах уже действовали такие правила, а социальные медиа показывали, как люди массово опустошают полки магазинов. Мы тоже поддались общей панике и побежали в ближайший супермаркет. Как ни странно, мирового ажиотажа здесь не было. Полки наполнены продуктами, был даже лосось, из-за которого переживала Таня. Даже туалетной бумаги было хоть отбавляй, а по самому магазину, не торопясь, гуляло максимум десять человек.

Люди, видимо, думают, что Gojek* будет работать, даже если наступит война.

На острове было две основных службы такси — *Gojek и Grab. Через приложение можно было выбрать машину или мотобайк. А также они доставляли еду из ресторанов, приезжали делать массаж, уборку и даже могли купить что-то в магазине. Бывало, среди ночи я заказывала лапшу быстрого приготовления и зубную пасту. Очень удобно.

Вы же знаете, что страх людей — умереть от голода. За сутки-то! Поэтому лучше взять побольше про запас. Что греха таить, мы тоже набрали сумок, как будто нам предстояло сидеть дома месяц.

Ночью дружно легли на лужайку, включили музыку для медитации и стали любоваться чистым ночным небом, на котором высыпало тысячи звёзд. Такой старгейзинг можно устроить только в тех местах, где нет искусственного света и лишних выбросов в небо. А уж сколько падающих звёзд, даже желаний уже не хватало. «Пускай вирус не придёт на Бали, пускай вирус не придёт на Бали».

Выживали

Все новости о том, что происходит на острове, мы получали либо с форума, на котором публикуют переведённые статьи из балийских газет и сайтов, либо по сарафанному радио. Вроде как правительство не запрещало покидать дома, но настоятельно рекомендовало как можно реже выходить на улицу и посещать общественные места. И, конечно, носить маски.

Ну мы же русские. Если официального запрета нет, то гуляй, рванина.

Поэтому на третий день после Ньепи мы с Региной решили сделать вылазку на улицу. Печальное зрелище — практически все кафе, бары и салоны закрыты, на улице немноголюдно, как будто балийские чудовища похитили половину жителей. Найдя кафе с кофе навынос, мы вернулись с гостинцами домой.

Что же, хорошие новости, нас никто не арестовал, плохая — практически всё, кроме супермаркетов, было закрыто. Поэтому ничего не теряем, проводя время дома. Ещё одна плохая новость: собираются закрывать пляжи.

Пляжи Бали — визитная карточка. Да, в районе Чангу и Семиньяка из-за волн купаться практически невозможно, да и состояние их не соответствуют картинкам с открыток райских островов. Но сёрфить здесь и сидеть в пляжном кафе, попивая кокос, — стиль жизни и то, ради чего приезжают туристы. Закрытие пляжей означало одно — дело пахнет керосином, и это только начало.

Что же, раз всё закрыто, остаётся только одно… Время «Тиндера», — объявила я и погрузилась в приложение. Девочки последовали моему примеру.

Количество людей значительно сократилось, поэтому на следующий день мы обнаружили, что переписывались с одними и теми же мужчинами. Так, на этом острове нужно будет научиться выживать. Мы даже подумывали отправлять в общий чат мужчин, с которыми общались, чтобы не получилось, что на свидание ходим с одними и теми же.

Я познакомилась с молодым человеком из Швеции. Убедившись, что ни с кем из соседок он не общался, тем же вечером мы отправились  с ним смотреть закат на единственный открытый пляж.

Занимался он медицинской техникой в Стокгольме и каждый раз приезжал на Бали посёрфить на пару месяцев. Решил с друзьями «застрять» на карантин здесь, но пляжи закрывались. А чем-то заниматься надо было. 

Бруно обрадовался, когда узнал, что я живу с тремя подругами — он жил с тремя друзьями, поэтому уже на следующий день позвал на дневное барбекю. Рано утром Оля совершила очередную попытку улететь. Мы даже прощались с ней шуточно, зная, что вернётся как раз к гостям. Не удивились, что она вновь позвонила со слезами в голосе.

— Я улетаю, у них есть место. Видимо, пришло время. И я очень соскучилась по родным. Спасибо большое, девочки, за всё. Я вас не забуду.

— Отлично долететь дорогая! Скажи, что ждём от «Аэрофлота» благодарственное письмо за помощь сотрудникам.

У меня грустно сжалось сердце, когда представила, как Оля прилетит домой, обнимет семью и поедет встречаться с друзьями, рассказывать о своих приключениях. Мой билет в Москву был на двадцать восьмое апреля, но Сингапурские авиалинии отменили его с возможностью переноса. Но когда будут рейсы — не известно. Кто знает, когда я смогу обнять свою семью и встретиться с друзьями… 

Долой негатив. Нужно радоваться сегодняшнему дню. Тем более остров не любит плохие мысли. 

На барбекю мы, как истинные русские женщины, не могли прийти с пустыми руками, поэтому после долгих споров решили испечь пирожки. Только представьте эту картину, достойную мема: четыре девушки в сарафанах, двумя тарелками с пирожками и кальяном в руках. У шведов раскрылись рты. Пусть знают о правилах гостевого этикета.

В одиннадцать мы поехали домой, потому что ребятам надо было вставать в начале пятого: единственный открытый пляж, где можно было сёрфить, находился почти в двух часах от Чангу. Нет, всё же сёрферы всегда будут для меня людьми с другой планеты.

Практически все кафе работали на доставку, но спустя десять дней после Дня Тишины, Аня и Регина устроили вечернюю поездку с патрулированием улиц на наличие жизни. На виллу они ворвались, размахивая шлемами.

— Мы нашли открытый ресторан! Там были люди! 

Где?! — воскликнула я, а Таня аж выбежала из комнаты в чём мать родила.

— На Бераве, итальянский ресторан.

— Так, час на подготовку и едем ужинать.

Мы очень скучали по выходу в свет. Приехали довольные в ресторан, заказали пиццы, за двадцать минут их уничтожили и сидели в полном молчании. Когда вы живёте вместе и видите друг друга двадцать четыре часа в сутки, то сложно постоянно разговаривать.

*  *  * 

Отдельная история, как мы ходили в магазины. Привычные походы за продуктами, которые обычно не занимали больше десяти минут, превратились в часовое мероприятие и в место встреч и знакомств. В районе Чангу примерно шесть супермаркетов. Представляете, какова вероятность встретить знакомого. Именно здесь можно было увидеть светских львиц, разгуливающих среди полок с гранолой на каблуках и в платьях, или диджея популярного клуба в одних плавательных шортах, но в маске, обсуждающего с продавцом филе тунца. С тобой легко могли познакомиться, когда ты ищешь мягкий манго или выбираешь шампунь.

Даже забавные индонезийские мелодии сменились на качественную клубную музыку. Люди стояли и общались: «Как жизнь? Неплохая погода! Где живёте? Сколько платите», — затем заканчивалось всё приглашением в гости на чай. Обычно так выглядели разговоры в магазинах, но они были важной составляющей социальной жизни, показывающий, что все в ожидании чуда и окончания карантина. Жертв к середине апреля было трое, из них один работник из Джакарты и два пожилых туриста.

Я со своим балийским другом поеду в Джимбаран поесть на рыбном рынке. Вам что-нибудь прихватить? — поинтересовалась Аня одним солнечным утром.

Ой, рыбный рынок! Вези всё, — прошептала Регина.

Это было главным местом по выбору морепродуктов и рыбы с самыми приятными ценами. Например, если в ресторане блюдо с дорадой или сибасом стоило порядка семисот–девятисот рублей, то на рынке небольшую рыбку можно было приобрести за сто пятьдесят, а ещё за восемьдесят её бы обжарили на гриле. Кальмары и морские гребешки можно было взять за 300 рублей за килограмм.

Я уехала в зал. Забыла сказать, да? Мой фитнес-клуб был открыт во время всего карантина, поэтому в свободные от работы часы я проводила именно там. Даже сауну и джакузи не закрывали. Интересная логика: лёжа на пляже или в океане на доске, я могла подцепить вирус, а сидя в небольшой комнатке плечом к плечу с другими людьми — нет. Но я не жаловалась. Главное правило было надеть маску при входе, а затем её можно было снять. Все эти меры были на случай, если мимо проедут банджары. Тут стоит пояснить. У каждого района на Бали есть такой клан, отвечающий за благоустройство территории, безопасность, правила и так далее. Например, в районе Санур пляжи не закрывались до последнего — решение было принято местными банджарами. Если в районе проходила шумная  вечеринка, то соседи звонили банджарам округа, чтобы те приехали и остановили этот беспредел. Такой балийский вариант участкового с большими полномочиями.

Отвлеклась. Вернувшись из зала, я обнаружила дома целую поляну. Рыба, креветки, кальмары… Аня около плиты усердно мяла пюре, на диване сидели два милых балийца и играли на гитарах знаменитые мелодии, а Таня с Региной подпевали. 

Уходя, один из парней предложил повторить наш вечер и сказал, что захватит ящик вина и пару друзей. Мы согласились, потому что посиделки выдались приятные.

Вечером следующего дня на парковке послышались разговоры, и через минуту в гостиной стояли ребята и… два индуса. Взрослых, в странных нарядах и тюрбанах. Они по-свойски стали оглядывать нашу виллу, приговаривая, как у нас хорошо.

Взгляд у них был недобрый. На столе появился ящик вина и бутылка рома.

— Аня…

— Мне самой это всё не нравится.

Регина и Таня тоже с замершими лицами наблюдали за индусами. Верите ли в энергетику? С приходом этих товарищей атмосфера начала накаляться. Внутри всё буквально кричало: пусть они уйдут.

Аня решительно встала и отвела нашего вчерашнего знакомого в сторону. Изучающий недобрый взгляд индусов переключился на нас.

Парень вернулся к ним, стал что-то говорить, они ушли на парковку, прихватив бутылку рома. Через пару минут он вернулся, извинился и сообщил, что уезжают и он вернётся позже один. Ещё через пять минут он снова вернулся и забрал ящик вина.

— Вот и погуляли, — произнесла Регина и через минуту мы уже смеялись над комичностью ситуации.

Не говорите: «Фу, какие негостеприимные». Ещё до короны некоторые местные помогали людям с деньгами организовывать вечеринки, куда зазывали девушек, и получали за это вознаграждение. Чаще всего люди с деньгами были индусами, арабами и индонезийцами с других островов. И было очень обидно, что парень, с которым мы планировали стать корона-друзьями, был именно таким организатором. Сделали выводы, что ящик вина бывает только с подвохом и заварили зелёный чай.

Комментарии
Скрыть комментарии